Сериал Модный дом смотреть онлайн

Прекрасное и глубокое исследование детских самых глубоких обид приводящих к пожизненным патологиям. Все кто увидел тут только моду я поздравляю, вы исключительно поверхностны вас воспитали в духе времени "не смотри на верх"!Если один человек из всей своей жизни устраивает историю мести, не замечая ни мужа ни дочери никого, одна цель отомстить за свои детские обиды на самого близкого и любимого человека на мать. "А мода?" - спросите вы, о мой внимательнейший зритель. Мода это всего лишь очень красивый и стильный антураж для повествования о боли и страстях человеческих. Весь фильм гремучая смесь состоящая только из детских и не детских обид. Даже жадность тут мало роли играет, а именно боль и обиды всех на всех. Самое страшное, что в наше время люди разучились понимать друг друга, т.е. тотально разучились. Даже если кто-то с кем-то говорит и вроде бы находит понимание, это не значит, что внутренне каждый останется не только при своем, так еще и продолжит мстить доведя свою месть до абсурда.Умереть, но отомстить. Очень рекомендую этот фильм для просмотра, и я не о любителях моды, хотя и этим пойдет. Прекрасный фильм! Редкое сочетание наслаждения и для глаз и для сердца и для мозга. Умный, жесткий,глубокий. Поздравляю всех создателей и актеров.

Как место для телевизионного шоу, мода немного похожа на ресторанную индустрию: богатый, неиспользованный источник деталей и конфликтов, которому мешает логистическая сложность переноса его замкнутого мира на экран. И так же, как “The Bear” предшествовал целый легион конкурсных реалити-шоу, а также неудачная адаптация книги Энтони Бурдейна «Kitchen Confidential» с молодым Брэдли Купером в главной роли, французская драма «La Maison» - последняя из многих попыток превратить моду в захватывающую драму. “Project Runway” остается бессменным институтом, но недавние сценарные проекты варьируются от благоговейного почитания(“Becoming Karl Lagerfeld”) до поразительной неумелости (“The New Look,” который также транслировался на Apple TV+).В отличие от предыдущих сериалов, которые беллетризировали жизнь таких икон, как Ив Сен-Лоран и Коко Шанель, “La Maison” позволяет себе вольности. Возможно, именно поэтому он является самым сильным из последних попыток привить моду к развлечениям. Созданный Жозе Кальтагироне и Валентином Милвиллом и спродюсированный Алексом Бергером (“The Bureau”), «Мезон» более пенистый, чем это следует из неизбежного сравнения с «Наследством», и вряд ли избежит проблем, присущих творческому гению и огромным инвестициям в условиях ограниченного бюджета. Однако, освободившись от обязанности отдавать дань уважения ушедшим легендам, “La Maison” может построить историю вокруг грязных, стервозных, абсурдно богатых людей. И вместо того, чтобы погрязнуть в прошлом, шоу может сделать из современной индустрии, находящейся в движении, прожорливое сено.
Если «La Maison» не называет своих вдохновителей по имени, это не значит, что их не существует. Титульный дом моды Ledu - это почитаемый мировой бренд, один из последних независимых производителей одежды во Франции. По размеру и структуре он сравним с Chanel, хотя его требовательный дизайнер Винсент (Ламберт Уилсон) также является членом одноименной семьи, как если бы Лагерфельд был одним из Вертхаймеров. Главные соперники клана Леду, Ровелы, владеют конгломератом предметов роскоши, который принес им самое большое состояние во Франции. Ровелы - это Арнаульты из LVMH, мега-компании, которая выступала в качестве ведущего спонсора недавних Олимпийских игр в Париже. (LVMH также была спародирована в сериале «Эмили в Париже» - к сожалению, это действующий обладатель титула самого большого модного сериала на телевидении. Я же говорил, что ситуация плачевная!)
Однако даже те зрители, которые не узнают этих отсылок, найдут много интересного для себя. Винсент запечатлен на пленке, произносящим расистскую тираду в стиле Джона Гальяно, что ввергает дом в эпохальный пиар-кризис. Его давняя муза, ставшая вторым помощником, Перл Фостер (Амира Казар), разрабатывает радикальный план по спасению Леду: нанять Палому Кастель (Зита Ханрот), дочь давно умершей возлюбленной Винсента, чтобы взять бразды правления в свои руки. Палома и ее партнер Йе-Джи (Пак Чжи-Мин) управляют экологичной берлинской линией, которая ближе к аутсайдерскому искусству, чем к коммерции, поэтому ее наем станет серьезной перестройкой для всех участников.
Восхождение Паломы происходит параллельно с замыслом матриарха Ровеля Дианы (Кароль Буке) раз и навсегда уничтожить Леду. Брат Винсента Виктор (Пьер Деладоншам) давно дезертировал, женившись на дочери-бездельнице Дианы (Флоранс Луарет Кайль) после размолвки с братом. (Однако он все еще поддерживает продолжительный роман с Перле - эти люди французы). Диана, одержимая желанием закрепить свое превосходство над снобами, которые смотрят свысока на ее новые деньги, охотится за другими целями, которые могли бы помочь ей приобрести контрольный пакет акций. Одна из них - неуверенный в себе племянник Винсента Робинсон (Антуан Ренарц), капризный ребенок, мечтающий о линии, носящей его собственное имя, а не только имя его семьи. Мать Робинзона Мари (Анн Консиньи) старается не обращать внимания на бизнес, занимаясь своим тщеславным художественным фондом, но в ее гардеробной хранятся потенциальные материалы для шантажа.
Нам, забавно видеть, как титаны розничной торговли, в отличие от финансов или СМИ, изображаются в качестве символической элиты страны. (Аналогия с Роем из «Наследства» здесь подходит лучше: Ледусы владеют частным островом и выпускают семейные фотографии для оптики, совсем как наши любимые псевдо-Мердоки). Но это также означает, что в напряжении, которое «Мезон» создает, есть своя новизна, даже если при этом он сводит некоторых персонажей к архетипам. Палома часто используется как хранилище всех клише о социально ориентированных молодых людях, которые только могут придумать сценаристы; она едва может открыть рот, не упомянув о сокращении отходов, гендерном равенстве или бодипозитиве. И все же, когда в последний раз телевидение рассматривало концепцию «зеленого промывания» или медленного поглощения самостоятельных дизайнеров международными группами класса люкс? Или когда креативный директор Balmain Оливье Рустен снимался в камео, обращаясь с ним как со знаменитостью? Перл Касара предстает как более тонкая героиня, женщина, которая превратилась из пассивной модели в активного руководителя без соответствующего признания.
Сериал “La Maison” плотно скроен, но при этом очень легок. В его стремительный 10-серийный спринт вместились и корпоративный шпионаж, и диагностика смертельных случаев. (Палома разрабатывает, запускает и производит свою дебютную коллекцию за считанные недели). Его темп и легкость напоминают “Call My Agent!” и “Drops of God,” два других франкоязычных сериала, получивших некоторое распространение за последние несколько лет. Но в каком-то смысле «Мезон» просто наверстывает упущенное время. Долгое время стоящее шоу, построенное на моде, было голливудским эквивалентом дизайнерского эскиза - гипотезой, которой не хватает исполнения. В “La Maison,” это наконец-то готово для подиума.